«Меня возмутил данный поступок как сотрудника органов ВД»

Новость на Newsland:

Полицейский ощутил «дискомфорт» и возмущение, как скоро в одиночку из демонстрантов его то ли толкнул, то ли ударил, отчего охранник «слегка пошатнулся». Этого хватило, для того чтоб утверждать его пострадавшим по «делу двенадцати» о массированных массовых волнениях на Болотной площади.

6 мая 2012 года согласованная ценная бумага оппозиции переросла в столкновения с органами правопорядка, грамотные последствием как многочисленные массовые волнения. Согласно заявлению организаторов, это состоялось поскольку люди не имели возможности пройти на Болотную площадь по причине того, что полиция оставила им чересчур тесный коридор. Силовики уверяют, что яблоко раздора конфликта была нет никаких сомнений в том, что собравшиеся на митинг проявляли себя агрессивно. Из видеоматериалов вытекает, что, обнаружив толстое оцепление, Алексей Навальный и Сергей Удальцов призвали граждан сесть, для того чтоб прекратить скольжение оравы, но в результате кордон все-таки был прорван и первоначались столкновения. В последствии первоначались задержания и зааресты. Только лишь дела были побуждены касательно 27 человек, 2-е из них осуждены к лишению волы, дела а также 12-ти соединены. В «деле двенадцати» Николая Кавказского, Леонида Ковязина и Владимира Акименкова выдвигают обвинение в участии в многочисленных массовых волнениях (ч.2 ст.212 УК, до 8 лет лишения волы), Марию Баронову – в вызывах к ним (ч.3 ст.212 УК, до 2-х лет лишения волы), а прочих — Андрея Барабанова, Степана Зимина, Дениса Луцкевича, Ярослава Белоусова, Артема Савелова, Сергея Кривова, Александру Духанину и Алексея Полиховича – и в участии в массированных массовых волнениях, и в применении насилия касательно представителей власть имущие (ч.1 ст.318 УК, до 5-и лет лишения волы).

Замоскворецкий суд вечерком в третий день недели отпустил 2-го потерпевшего по «делу двенадцати» (только лишь в деле заявлено 53 пострадавших): командира роты 2-го оперативного полка работников полиции лейтенанта Дениса Моисеева допрашивали три рабочего дня (15, 20 и 21 августа). В сутки ценной бумаге Моисеев на первых порах давал обеспечение порядок при проходе чрез металлоискатели на Калужской площади, а после этого, пройдя вслед за ключевой колонной возглавляемые Алексеем Навальным и Сергеем Удальцовым, вкупе со своими подчиненными оказался на Недостаточном Каменном мосту, где по причине вереницы ОМОНа созерцал прорыв оцепления. Прорыв (или разрыв вереницы, как требовал в третий день недели судебный защитник Кривова Вячеслав Макаров) произошел в месте 18:00, но пострадавший ни точного, ни приблизительного периоды этого события ознаменовать не смог.

Не вспомнил Моисеев, и как скоро случился инцидент, в течение которого он сделался пострадавшим: лейтенант принял решение прийти на помощь команде задержания, по причине чего и получил то ли толчок (его показания на следствии), то ли удар от лица мужского пола, на экране которого затем распознал Сергея Кривова – он «пытался отбить задержанного, не удалось, я принял пробы отстранить категорию задержания от абсолютно всех, кто причиняет неудобства команде. Как скоро он оттаскивал
этого мужчину, я предпринял попытку отстранить его, он не покорал и нанес удар», — говорил Моисеев в предшествующий четверг. Обидчик носил очки, остальных деталей его внешности и одежы полицейский суду наименовать не смог («Я не запоминал интересные моменты расцветок в то же время»).

— Вас на видео узнал сыщик [Сергей] Гуркин, которого вы ни разу не видели. Не желаете ли вы посмотреть представленное видео в пользу освежения домашних воспоминаний? — задался вопросом его Кривов. Защита заявляет, что на видео представитель сильного пола, со 2-го раза опознанный как Кривов (на первейшем опознании Моисееву предъявляли некоего Ступака, но полицейский его отверг, и того отпустили), отстаивал митингующего, которого избивали работники полиции. Моисеев же требовал, что работники полиции ничего не не соблюдали и развивали деятельность в масштабах закона.

— Не имеет никакого отношения к известиям данного лица, — судья Наталья Никишина сняла вопрос. — Спрашивайте по созданию предъявлений потерпевшего.

— А по созданию преступного дела? – задался вопросом подсудимый. Ответа не последовало.

Пострадавшим Моисеев стал всего лишь чрез пять месяцев после мероприятий 6 мая – в начале октября 2012 года. На главных 2-х допросах – 19 мая и 26 сентября – его допрашивали как очевидца. Врачебное освидетельствование, доказывающее причиненный здоровью вред, он не проходил. Суду лейтенант пояснил, что «в течение инцидента [ощутил] дискомфорт». «Считаясь работником работников полиции при исполнении, в отрезок памяти произошедшего нес службу. Беззаконные действия против данного гражданина не осуществлял, отлично от него самого. Меня возмутил данный поступок как сотрудника милиции», — аргументировал причиненный для него моральный вред полицейский.

— Инструктировали ли вас про то, что вы обязались давать обеспечение безопасность участников массового мероприятия? – приступил к допросу Вячеслав Макаров. В третий день недели он допрашивал Моисеева почти не 4-е с половинкой часа.

— Инструктировали, — пострадавший был краток. – Всю формулировку инструктажа дать ответ не имею возможности, спустя некоторое время, — заявил он в ответ на уточняющий вопрос о деталях инструктажа пред промо-акцией.

— Умеете пояснить, по вопросу, связанным с какими средствами [у вереницы ОМОНа на Недостаточном Каменном мосту] тесный контакт [с митингующими] образовался? – задался вопросом судебный защитник.

— Со граны граждан было теснение на предписанную цепочку.

— Это влияние по вопросу, связанным с какими средствами возникло?

— По вопросу, связанным с огромный толпой присутствующих, — дал ответ пострадавший.

Свидетелы действий в отчете социальной комиссии об результатах расследования указывали на команды провокаторов в черной одеже и масках, скрывавшихся в окружении ОМОНовцев. Говорил о людях в масках и Моисеев, но из его слов выходило, что это была не команда, действовавшая заодно (на какими средствами требовал Макаров), а просто напросто в равной степени нарядившиеся люди в гурьбе.

— Парни, 150 человек, в несветлых футболках спортивного телосложения, лица их были замкнуты масками, коль скоро видели, где они располагались?
– задался вопросом Макаров. Лейтенант Моисеев их видел, но из его слов выходило, что это была не сплоченная команда, действовавшая заодно (на какими средствами требовал Макаров), а просто напросто одинаковые друг на друга люди в гурьбе.

— Не имею возможности дать ответ, что созерцал непонятно какую категорию, я видел многолюдей в несветлых одежах, у определенных из них были маски, в окружении работников работников полиции располагались исключительно те, кто нес службу в форменном обмундировании.

— Другими словами вы не имеет возможности дать ответ, была это команда или это вся толпа была? – данный вопрос адвоката суд снял. В случае Макаров задался вопросом про передвижения этих юношей за полицейское оцепление.

— Я не имею возможности вспомнить прохождения граждан за спины ОМОНа, как то было в течение прорыва. В моем поле зрения этих случаев я не созерцал, — заявил Моисеев.

Во второй день недели Кривов после отказа судьи огласить показания Моисеева на следствии наименовал развивающаяся болезнь «издевательством над правовым толком» и категорически отказался внутри него принять участие. Его примеру последовали почти все подсудимые, но в третий день недели заседание шло уже в нормальном режиме. На нем Кривов пытался увещевать потерпевшего работника полиции: на первых порах напомнил для него, что «лицо, давшее обманчивые показания, освобождается от преступной ответственности, коль скоро признается до приговора», а как скоро реакции не последовало, предпринял попытку «проделать утверждение о преступлении Моисеева».

— Суд данными вопросами не занимается, — отрезала Наталия Никишина.

Сегодня суд должен допросить следующего потерпевшего работника полиции. Он почти не всю среду просидел в зале, но вчера своего допроса но и не дождался.

Алиса Штыкина

This entry was posted in Новости. Bookmark the permalink.

Добавить комментарий